in

Зомби-сказка: Лис и Мраморная дама. Жакетта

Продолжение. Предыдущие части вы можете прочитать здесь: глава 1глава 2глава 3глава 4глава 5, глава 6глава 7, глава 8глава 9, глава 10

Не было ни леса, ни замка. Ничто не нарушало тишины кроме потрескивания поленьев в камине и монотонного осеннего дождя, шум которого напоминал молитвенное бормотание монаха, перебирающего четки. На сундуке оплывал свечной огарок, паук выглядывал из трещины в деревянной балке над кроватью. Вынырнув на поверхность сна, как щепка влекомая водоворотом, Тьерри понял, что лежит в собственной спальне, что он сильно болен и кошмары, которые только что казались ему реальными, порождены лихорадкой.

Голова у него была тяжелой, как медный котел, и горячей, как если бы этот котел подвесили над огнем. Мысли у него путались, обрывки сна проплывали перед внутренним взором, как облака после грозы, но сквозь минутное облегчение уже начала проступать тень тревоги. Тьерри не помнил, как заболел, как оказался в постели, а последнее, что всплывало в его сознании, был разговор с Гризельдой в соборе и стычка с разбойниками на узкой улочке. Причем, разбойники повели себя очень странно: они не бросили его в грязной подворотне, как всегда поступали головорезы, а, оглушив, куда-то понесли.

Поначалу он и это счел игрой воображения, разгоряченного жаром, но нащупал шишку и засохшую царапину на затылке и понял, что болезнь его, скорее всего, вызвана ранением. Нахмурившись, он начал разматывать память, как пряжу, которую запутал разыгравшийся котенок, и ледяной пот выступил у него на лбу и висках.

болезнь

Теперь Тьерри прекрасно помнил, что пообещал Гризельде и какую важную бумагу отобрали у него бандиты, не пожелавшие удовлетвориться деньгами. Сердце его бешено билось, ибо и превращение дамы в волчицу, и поединок с Изенгрином предстали совсем в другом свете. Конечно, это был сон (ведь Тьерри проснулся в своей кровати), но кто знает, где пролегает грань между сном и реальностью?

«Изенгрин все узнал, — думал он, холодея, — и принудил жену стать оборотнем под страхом смерти или пыток. А виноват я, потому что не смог выполнить первое же ее поручение». Одновременно он стал размышлять, кем были посланы странные разбойники, и мрачное подозрение зародилось у него.

Люди Изенгрина просто перерезали бы ему горло и отобрали бумагу, а не потащили через весь город, рискуя наткнуться на стражу. Это он понимал очень хорошо. «Отец, отец! – пробормотал Тьерри. – Неужели это вы совершили такую низость?».

Юноша охотно нашел бы другое объяснение, но он находился под собственной крышей, а рыжеволосую девушку, которая, как он помнил, открыла дверь разбойникам, звали Жакеттой и она около года прислуживала в доме. Тьерри чувствовал, что теряет почву под ногами, как узник, которого палачи медленно поднимают на дыбе, чтобы потом резко отпустить веревку, низвергнув несчастного вниз. И хотя он страдал не физически, а душевно, это было ни многим лучше. «Гризельда! – шептал он, нервно стиснув руки. – Могу ли я еще помочь вам или уже все потеряно?».

Вдруг ему пришла в голову удачная мысль. Борясь с головокружением, Тьерри свесил босые ноги на пол, осторожно поднялся и медленно двинулся к сундуку, над которым всегда висел его кинжал. Юноша так гордился этим клинком, что водрузил его на самое видное место. Сначала ему показалось, что кинжал на месте и Тьерри облегченно вздохнул, но когда он протянул руку, выяснилось, что это лишь ножны. Тогда он дрожащими от волнения пальцами осмотрел одежду горкой лежавшую на сундуке, но не нащупал ничего кроме брызг засохшей грязи. Теперь Тьерри уже мог ни в чем не сомневаться.

«Пока мое тело лежало здесь в забытьи, дух и, правда, побывал в замке Изенгрина, — сказал он сам себе. – Там я едва не погиб и потерял кинжал, но Гризельда спасла меня». При мысли о самоотверженности возлюбленной, которая пришла ему на помощь, краска стыда залила его бледные щеки, а отчаяние поглотило душу, как разлившаяся река поглощает пологий берег. «Она любит меня несмотря ни на что, — подумал Тьерри, но сейчас эта мысль не доставила ему никакого удовольствия. – Я никчемный человек, хоть она и говорила, что я достоин быть рыцарем. А вас, отец, я просто ненавижу».

болезнь

Разгневанный, во власти возрастающей лихорадки, Тьерри двинулся к двери, чтобы объясниться с родителем и, распахнув ее, оказался на лестнице. Она была похожа на темный колодец, где бродили сквозняки. Поежившись от холода, юноша упрямо шагнул вперед, но слабость и гнев совместными усилиями побороли его. Не удержавшись на ногах, Тьерри рухнул на узкие ступеньки.

На этот раз его обморок длился совсем недолго. Открыв глаза, Тьерри увидел Жакетту, склонившуюся над ним с встревоженным выражением на остром веснушчатом личике. Две прямые медные прядки свисали вдоль ее щек, подчеркивая их бледность. Рядом мерцала свечка.

— Зачем же вы встали с постели, мессир Тьерри? – произнесла она укоризненно. – Да еще и из комнаты вышли. Я совсем ненадолго вас оставила. Не очень сильно вы ушиблись?

Тьерри пошевелился, приходя в себя, и обнаружил, что голова его покоится на худеньких коленках Жакетты и это довольно приятно. Он вдруг вспомнил, как несколько месяцев назад на этой самой лестнице сорвал с ее обветренных губ поцелуй, и что она довольно быстро перестала сопротивляться, прильнув к его груди.

Была весна. Ветер, свободно влетающий в окна, нес запахи травы, лопнувших почек и первых цветов, пробуждая самые потаенные мечты, и они последовали этому естественному зову, находя укромные уголки для объятий. Дело могло зайти намного дальше и не принесло бы Жакетте ничего кроме горьких слез, но Тьерри встретил Гризельду, и эта любовь оглушила его, как гром или удар меча. Рядом с утонченно-прекрасной Гризельдой, напоминавшей всех дам из рыцарских романов сразу, Жакетта поблекла, как маленькая звездочка после восхода солнца и Тьерри забыл про нее. Но теперь, глядя в ее светло-карие глаза, затуманенные тревогой, он против воли ощутил волнение.

— Все в порядке, — сказал он так бодро, как только мог. – Только голова болит.

Жакетта сочувственно улыбнулась и провела загрубевшей ладошкой по его горячему лбу.

— Голова у вас болит от жара. А сейчас вы еще и о ступеньку ударились. Давайте-ка я помогу вам встать. Вам надо вернуться в постель.

Опираясь о плечо служанки, Тьерри доплелся до кровати. Жакетта заботливо, как ребенка, укутала его одеялом и поставила на сундук новую свечу вместо погасшего огарка.

— Отдыхайте, мессир Тьерри. А я схожу и приготовлю вам отвар из трав, которые мне дала моя тетка. Знахарки лучше ее во всей округе не сыщешь. Я сегодня специально к ней ходила. От тех снадобий, что прописал вам лекарь, скажу честно, толка мало.

— Ты ходила в деревню за травами для меня? – переспросил Тьерри, невольно почувствовав благодарность.

— Конечно. Знаете, как мы все перепугались, когда вы три дня лежали в бреду. А сегодня после полудня сделали всего пару глотков – и вот результат. Пришли в себя и даже с постели встали.

— Подожди-ка! – воскликнул Тьерри, ужаснувшись. – Я три дня пролежал в жару?

Жакетта скорбно кивнула.

— Боже мой! За это время и правда, что угодно могло случиться.

— Ничего не случилось, мессир Тьерри, — ответила девушка, хотя и не очень уверенно. – Только ваш батюшка заказал несколько месс за ваше выздоровление, и мы в церковь ходили.

Но упоминание церкви напомнило Тьерри последний разговор с Гризельдой, и он решил вытянуть из Жакетты все, что ей известно. Способ напрашивался сам собой, и хотя он был не очень честным, юноша заставил совесть замолчать.

болезнь

— Сдается мне, ты что-то от меня скрываешь, — сказал он, глядя Жакетте в прямо глаза. – Как меня настигла эта болезнь?

— Вы целый день где-то бродили под дождем и ветром, а когда вечером вернулись, то вас уже охватила лихорадка, — пояснила она, немного покраснев.

— И голова у меня так раскалывается от жара?

— А от чего же еще?

— Ты мне лжешь, — холодно ответил Тьерри. —  У меня здоровая шишка на затылке.

— Вы же упали…

— Она уже была, когда я очнулся. Ну?

Жакетта молчала, нервно кусая губку.

— Почему бы тебе не рассказать, что это мой отец нанял трех головорезов, которые напали на меня, отобрали бумагу, которую дала мне мадам Гризельда и притащили сюда? Я же видел, как ты открывала дверь, а, значит, все знаешь.

— Вы и это помните? – испуганно воскликнула Жакетта.

— И очень хорошо.

Глаза служанки стали влажными и затуманились, напоминая облака, готовые разразиться дождем.

— Слезы тут не помогут, — мрачно произнес Тьерри. – Я думал, что ты мой друг, но оказывается тебе нельзя верить.

Слезинки, как прозрачные речные жемчужинки, потекли по лицу Жакетты. Она стиснула руки на груди и горестно всхлипнула. Тьерри стало жаль ее, но ему не оставалось ничего другого, как довести дело до конца. Вдруг Жакетта бросилась к его кровати и, упав на колени, умоляюще сжала его ладонь.

— Я не хотела, мессир Тьерри, — твердила она, рыдая. – Я не думала, что эти негодяи на самом деле нападут на вас. Ваш батюшка позвал меня и попросил помочь. Он сказал, что вам грозит смертельная опасность. Разве я могла отказаться? Ведь я и, правда, ваш друг. Я не хочу, чтобы вам причинили зло.

— Какая опасность? – не сдержался Тьерри. – Какое зло?

— Да ведь мессир де Изенгрин убил бы вас, если бы узнал, — прорыдала Жакетта. – А дама эта, конечно, красавица. И, глядя на нее, легко голову потерять. Но ведь не зря ее называют мраморной Мадонной. Сердце у нее из камня. Как она могла подвергнуть вас такому риску, если и правда любит? Я бы никогда…

Тут Тьерри сделал то, в чем почти сразу горько раскаялся.

болезнь

— Да как ты смеешь рассуждать об этом? – воскликнул он в гневе. – Ты всего лишь деревенская девка и не тебе судить о таких вещах! Где сейчас отец? Куда он дел бумагу? Сжег?

— Не могу сказать, — ответила Жакетта.

— Не можешь или не хочешь?

— Не могу, — вдруг ответила она ясно, на миг перестав плакать. – И не хочу.

— Черт тебя побери! – заорал Тьерри, теряя терпение.

И, размахнувшись, отвесил девушке пощечину. Она затряслась в новом приступе плача, но, совладав с собой, встала на ноги. Тьерри думал, что она сейчас же убежит, но Жакетта только осторожно прижала ладошку к ушибленному месту.

— Вы правы, мессир Тьерри, — сказала она тихо. – Не мое это дело. Простите меня. А сейчас я приготовлю вам отвар.

Продолжение следует…

Галина Кириллович специально для XOXO.Media

Любишь страшные сказки и весёлые истории? Тогда не забывай заходить на страничку XOXO.Media.